Многие великие реформаторы и страстные проповедники разделяли этот безотрадный взгляд на человеческие свойства. Пожалуй, я могу понять, отчего Теккерей прослыл циничным в этом смысле слова, в какой-то мере разделяю это мнение, хоть выбрал бы другой эпитет - "ироничный". Он не глядит на мир безжалостным, бесчеловечным взором истинного циника, не смотрит с исступлением и гневом реформатора, а лишь с каким-то снисходительным презрением, порой с негодованием, смягченным юмором, и потому звучащим иронически. Как я уже сказал выше, не думаю, что он горел верой в героев. Он не был энтузиастом по натуре: он был всегда готов задать вопрос, какие слабости присущи были историческим героям, и твердо стоял на том, что и такие их черты нельзя не освещать исчерпывающе. Нельзя забывать, что он был убежден, это мне совершенно ясно, в мелочности и бездушии описанного им общества. Разоблачи он это общество и изобрази дьявола со всей наглядностью, какую позволяла мощь его палитры, возможно, его бы не считали циником, но именно эта его малоприятная решимость воздать по справедливости и самому бедняге-дьяволу и даже святых не рисовать одной лишь розовою краской снискала ему это нелестное прозвание.