В 1852 году, незадолго до приезда Теккерея в Америку, прогремела на весь свет "Хижина дяди Тома, или жизнь низов в Америке" Гарриет Бичер-Стоу. Этот роман, сначала напечатанный в серийных выпусках вашингтонского органа аболиционистов, стяжал гораздо больший успех, чем все литературные произведения, когда-либо увидевшие свет и до, и после него. Переведенный на тридцать семь языков, он уступал, по количеству переводов, только Библии. Вскоре закусочные, рестораны, лавки и молочные бары на улицах всего мира превратились в "Хижины дяди Тома". Трудно переоценить пропагандистское значение этой книги. С ее выходом нельзя было больше применять на деле закон о поимке беглых рабов, и, следовательно, она способствовала возникновению гражданской войны (Линкольн даже заявил однажды, что именно она и вызвала войну). Роман необычайно долго оставался популярным, и первое театральное представление, которое мне довелось увидеть в раннем детстве, было инсценировкой "Хижины дяди Тома". Бичер-Стоу трудно отнести к великим, и ни одна ее другая книга не получила равного признания. Порой она бывала откровенно неумна, как, скажем, в "Солнечных воспоминаниях о заморских странах", безоговорочно осужденных Маколеем на страницах его дневника за 1854 год: "Это невероятно глупое и беспардонное сочинение.