Так, совершенно естественными и привычными для того времени были слова Теккерея из "Книги снобов" о том, что офицер в парадном мундире видится ему "таким же нелепым и напыщенным монстром", как какой-нибудь туземный царек с кольцом в носу и в начищенном до блеска цилиндре на макушке. Епископ не казался викторианцам величественным старцем, облаченным в ризу, с митрой на убеленной сединами голове; для них он был всего лишь забавным старикашкой в гетрах и фартуке. Баронет не был для викторианцев титулованным дворянином - для них он был попросту грубым, тупым существом с тяжелой рукой и неповоротливыми мозгами. Таким образом, определенно преуспев в творческом освоении классического наследия, мы столь же определенно утратили присущую этой традиции широту взглядов, слепо подчинившись выхолощенным представлениям и расхожей моде. Довольно будет сказать, что для Теккерея и его друзей социальное чванство и снобизм были проявлением идолопоклонства; они ни минуты не сомневались, что идолов следует низвергать, причем не только потому, что идолопоклонство свидетельствует о невежественности и безнравственности, но потому, что оно (на взгляд Теккерея) смехотворно в своей тупой и жестокой дикости. В этом смысле "Книга снобов" - продукт своего века, во всяком случае, продукт некоторых его тенденций и течений.